Бел | Eng

Влад Величко: Год скромных, но несбывшихся надежд

Дата: 04.02.2014 | Тэгі: |

Об итогах минувшего года и не только.

Кто бы мог подумать году в 1991-92-м, что спустя 13 лет после начала XXI века в Беларуси будут проводить параллели с брежневским Советским Союзом. Но ситуация на сегодня в стране такова, что эти аналогии не выглядят преувеличением, считает председатель Координационного комитета Нацплатформы ФГО Восточного партнерства, глава Международного консорциума «ЕвроБеларусь» Влад Величко.

— Если говорить о наших, внутрибеларусских делах, о третьем секторе, о том, что касается укрепления гражданского общества, его переосмысления, переформатирования, то, как мне кажется, 2013 год был достаточно полезен и продуктивен, — отметил в интервью Службе информации«ЕвроБеларуси» Влад Величко. — Основные события нашего сектора пришлись как раз на последние месяцы 2013 года, когда состоялись большие мероприятия негосударственных организаций той или иной сферы. Отдельно стоит выделить III Беларусский правозащитный форум, который прошел в ВильнеЭкологический форумфорум «Гражданственность.BY». Получился некий смотр нескольких сегментов гражданского общества в современной ситуации. Думаю, что это весьма полезно, ведь такого рода встречи помогают организациям, группам организаций сориентироваться в пространстве, понять, что происходит, какова их роль в процессе. Будучи участником всех этих событий, я заметил определенный прогресс, определенный рост, зрелость и понимание различными группами организаций своей роли и места. Хотя, конечно, мы все еще далеки от желаемого.

— Если говорить о деятельности самого консорциума в прошлом году?

— Для нас этот год был особенно важен, ведь в 2013-м заканчивалась наща трехлетняя программа развития, это было завершение определенных проектов, которые мы начинали несколько лет назад. Для меня лично и, думаю, для «ЕвроБеларуси» в целом, год был поиском новых форматов, новых подходов к работе с беларусским обществом. Нельзя сказать, что мы как-то уж очень революционно прожили этот год, но какие-то новации мы нашли. Надеюсь, что этот плацдарм сможем развить и в будущем.

Отдельно отмечу кампанию «1863». Тут мы попробовали посмотреть на исторический материал не в привычном ракурсе, а в контексте современности. На Кастуся Калиновского, его соратников и единомышленников — как на наших современников, наших сограждан.

Кроме того, мы представили определенный пул лидеров сектора как лидеров общества. Это в первую очередь касается журнала, который мы выпускаем на пересечении 2013-2014 годов, — «Асоба». На главной странице у нас там Сергей Михалок представлен, но лидер «Ляписа Трубецкого» — здесь, скорее, символ, ведь у нас действительно очень много людей в стране, неравнодушных к тому, что происходит в обществе. Они инвестируют свою энергию, свои средства, свои контакты в изменение беларусской жизни к лучшему. Думаю, это и есть главный итог 2013 года — переход к вещам, которые напрямую не связаны и не привязаны к политическому календарю, которые касаются вечной, а не сиюминутной повестки.

— Как рассматриваете минувший год в контексте общенациональном, контексте региона?

— Ощущение — своеобразное и неоднозначное… Я бы назвал 2013-й — годом скромных, но несбывшихся надежд. С одной стороны, мы все надеялись на определенное, скажем так, облегчение ситуации, хотя бы снятие известных барьеров, которые и цементируют эту общую ситуацию. Я здесь в первую очередь имею в виду факт наличия в Беларуси политзаключенных. Этот фактор не дает никакого шанса на развитие общественно-политической ситуации в стране. К сожалению, все эти маленькие надежды так и остались надеждами. И мы встречаем Новый год, а в это время наши коллеги. наши товарищи по-прежнему находятся в заключении за свои взгляды. Не за то, что они совершили какие-то криминальные преступления, а за инакомыслие, за иные убеждения. Для меня это очень характерный признак застоя. Застоя общества, застоя политической системы вообще, полубрежневского такого беларусского варианта. Понятно, что время другое, Беларусь все же более открытая страна, чем СССР конца 70-х, но, тем не менее, психологическое ощущение примерно такое же.

И в этих наших обстоятельствах особое место занимает программа Восточного партнерства… Были надежды, что Саммит в Вильне сдвинет отношения официального Минска и Европы с мертвой точки. Но, увы, итоги саммита фактически ограничены для нас заявлением министра иностранных дел о готовности Беларуси приступить к переговорам об упрощении визового режима. Более, чем скромно. Примерно так же скромно, как и надежда на освобождение политзаключенных. Страна, которая говорит о развитии, которая стремится в будущее, не может ограничивать круг своих ожиданий такими вопросами. Это — застой, это — замораживание всех нормальных общественных процессов. Общество должно кипеть и бурлить. Чтобы чувствовать нерв, чувствовать то, что мы находимся и живем на одной волне с другими странами, нашими европейскими соседями. Поэтому, подчеркну, минувший год для меня — год нереализованных надежд.

— Конец года прошел под знаком Евромайдана. Тут — есть параллели с Беларусью или это совсем другая история?

— Украинская ситуация — это очень важный момент в том числе и нашей внутриполитической жизни, жизни всего региона. Но следует очень трезво и правильно расставлять акценты в оценке того, что происходит в Украине. Существуют полярные оценки — или избыточная романтизация Майдана, или чрезвычайно критические прогнозы. Но, полагаю, реально ситуация вообще иная, чем она может казаться . Во-первых, нельзя переоценить значение Майдана: действительно люди вышли в знак протеста против проводимой политики в Украине. И это очень важный гражданский акт, это очень важное гражданское действие, которое, пока, к сожалению, для Беларуси является чем-то недостижимым. Очень много сравнений Украины с Беларусью 1996 года, Беларусью с массовыми акциями и почти состоявшимся импичментом. Да, много параллелей, но, представьте, какая пропасть стоит за этим сравнением — 18 лет разницы между Киевом-2013 и Минском-1996! С другой стороны, необходимо понимать, что украинцы в первую очередь протестуют против внутренней политики в Украине, то есть отказ руководства от евроинтеграции скорее был поводом для выхода людей на улицу. А причиной являлась невозможность украинского общества более терпеть абсолютно неприкрытую коррумпированность украинской власти. А уж когда там было применено насилие, то европейская повестка, фактически, была отодвинута на очень второй план, то есть приоритетное значение там имеют внутриукраинские дела. Поэтому не стоит избыточно романтизировать Майдан, он очень важный элемент протестной реакции, но при этом общество пока не способно конструктивно предложить альтернативу. И я не думаю, что Украина тут очень уж далеко ушла от Беларуси. В протестных способностях — да, в предложении альтернативы — нет. В этом смысле мы по-прежнему в одной лодке.

— Насколько идеи гражданского общества востребованы нынешней Беларусью?

— В Беларуси вот уже скоро почти двадцать лет как нет условий для нормальных общественных отношений, это значит, что такие процессы как выражение позиции, артикуляция этой позиции, вступление в отношения с другими заинтересованными сторонами крайне затруднены. Соответственно, из года в год обычный беларусский гражданин привыкает к мысли, что гражданское общество не является инструментом решения вопросов и принятия решений. Гражданское общество испытывает те же проблемы, что и политические партии, мы так же маргинализованы, мы так же оторваны и изолированы от обычного беларусского гражданина. Куда он идет, чтобы решить проблему? Он вряд ли назовет какие-то общественные структуры, он скорее напишет жалобу в Администрацию президента. Это следствие того, что определенный этап развития общества в Беларуси был упущен. То есть, если говорить о том, что представляет собой сегодня гражданское общество в Беларуси, то я назвал бы его группой людей, которые не могут иначе. И это сообщество людей не такое уж и большое, если сравнивать, например, с той же Украиной. Это сообщество, естественно, хотело бы расшириться. Но в ситуации, когда для решения своих проблемных вопросов ты должен пользоваться государственной системой принятия решений, говорить о каком-то развитии сложно. Ведь любые формы гражданского участия исключены — и люди потихоньку привыкают к этому режиму. Но меня, правда,успакаивает одно — как только придет момент возвращения страны в нормальное русло развития, роль и место гражданского общества неизбежно будут восстановлены. Нет другого пути, ни одна страна в современном мире не смогла избежать этого. И я надеюсь, что это случится и у нас, и люди, отдавшие немалую часть жизни становлению гражданского общества, все же увидят, что эти годы прошли не зря.

Помимо того, что люди не видят в гражданском обществе инструмент решения своих вопросов, есть и другой фактор, препятствующий его расширению. Гуманитарная составляющая нашей жизни отодвинута материальной, то есть для современного беларуса гораздо важнее качество его жизни с материальной точки зрения, чем с ценностно-психологической. Это видно по опросам, это видно по тому, что наиболее волнует граждан. Беларусы возмущаются сейчас только тогда, когда государство лезет к ним в карман. А мне бы хотелось, чтобы любая претензия на твою свободу, любая претензия на твой образ жизни вызывала такой же протест, как сегодня вызывают различные пошлины. Но сегмент неравнодушных все же растет, однако не стоит думать, что он автоматически станет большинством только потому, что молодые люди более прогрессивны. Молодые люди точно так же могут со временем пожертвовать своими гуманитарными ценностями в пользу интересов материальных. Вот в этом, в моем представлении, и состоит задача гражданского сектора — увеличить приоритет гуманитарных вопросов, гуманитарных ценностей, гуманитарных задач в обществе. Очень просто поставить лайк под чем-нибудь и намного сложнее совершить гражданское действие. И дистанция между этими вещами растет, к сожалению. Я не говорю, что миру нынешних беларусов совершенно чужда гуманитарная составляющая, но они ее видят, скажем так, очень благотворительно. То есть для них человеческая составляющая их жизни заключается в том, чтобы помочь умирающему ребенку, передать какие-то вещи в детский дом или хоспис… Но наладить при этом свою жизнь, привести в порядок механизм принятия решений, не допустить вмешательства в свою жизнь — этого мы не можем сделать. Порог самостоятельности собственной жизни подвинут до такого уровня, что можно говорить о крохотном островке, вокруг которого море зависимости. Зависимости не только от власти и решений чиновников, а от любых внешних обстоятельств.

Но для гражданского общества — даже при самых неблагоприятных условиях — не может быть момента, когда деятельность в этом секторе теряет смысл. Всегда есть чем заниматься и за что бороться.

Петр Кухта, ЕвроБеларусь

Вярнуцца ў катэгорыю "Навіны"

  • Фэйсбук

  • Анонс падзеяў

    << Янв 2018 >>
    ПВСЧПСВ
    1 2 3 4 5 6 7
    8 9 10 11 12 13 14
    15 16 17 18 19 20 21
    22 23 24 25 26 27 28
    29 30 31 1 2 3 4